Роман Карцев: С публикой надо говорить

"Слово предоставляется начальнику транспортного цеха", "Меня зовут Николай Степаныч. А вас?", "На пляже в рабочее время?", "Вы не Сидоров-кассир, вы - убийца" - монологи, которые читает Роман Карцев, именно с его же интонациями, повторяет вся страна. Характерный артист небольшого роста способен рассмешить так, что все проблемы кризисного времени отступают на задний план. 20 мая Роману Карцеву  -  70. А накануне артист ответил на вопросы обозревателя "РГ".  

Российская газета: Роман Андреевич, мне всегда хотелось вас спросить, что вы чувствуете, когда читаете монолог про раков?

Карцев: Тоже мне вопрос (смеется). Ничего не чувствую. Только смех в зале. А почему они смеются - я до сих пор не знаю. Это единственная вещь, которую я не могу объяснить. Любой монолог, миниатюру - могу. А что такое "Раки", в чем их феномен -  не знаю.

РГ: У Жванецкого есть известная миниатюра,  суть которой в том, что  "Раков" пытаются перевести на английский - и все в недоумении: над чем русские смеются.

Карцев: Так получилось, что в свое время Миша (Жванецкий - Прим С.А.) меня вытолкнул на юбилее Райкина, чтобы я впервые  прочел "Раков". Я откуда-то приехал, усталый. И вдруг - пошло. Зал был артистический, своя публика.  А когда зрители по телевизору увидела, что те смеются, они подхватили. Это я так думаю. Но на самом деле не знаю. Может, там все дело - в паузах.

РГ:  Меня удивляет, что молодые люди, которые вообще  таких цен не знают -  три рубля, пять рублей -  все равно смеются.

Карцев: Поэтому, когда сейчас меня просят исполнить "Раков", шучу в ответ, что все, номер пропал. Потому что сейчас килограмм раков 558 рублей - это больших. А 264 -  маленькие. И все. Уже не смешно.

РГ: У артиста на каждом концерте шутки повторяются. Не бывает такого, что самому скучно.

Карцев: А баскетболисту  на каждой игре в одно кольцо попадать - тоже должно быть скучно? Есть еще импровизация, приемы, которые согревают душу. Вот, к примеру, мы работали с Райкиным. Его режим был такой -  четыре дня  работы - выходной и так далее. Он играл спектакль два-три года. С одной стороны - это тяжело. А с другой  - очень легко, потому что спектакль доводится до совершенства. Меняются миниатюры, больше ощущается основное содержание. Все, что происходит на сцене это - процесс. В кино это - ножницы. Режиссер, оператор… Они тебя вырезал там, подрезали здесь, и ты ничего не можешь с этим поделать. А вот на сцене ты можешь завтра этот же монолог сделать хотя бы чуть-чуть, но иначе

   В серьезном драматическом театре не разрешают серьезно импровизировать, и, когда актеры  играют помногу лет один спектакль, им может быть скучно. У нас в театре миниатюр все по-другому. Вот я сейчас приехал, потом съезжу в Екатеринбург, потом  до 9 июня не буду работать. В этом тоже своя прелесть. Сейчас я  играю свой моноспектакль, и каждый раз волнуюсь как на премьере. Потому что, когда играешь с большими перерывами, то  каждый выход, как первый.

РГ: А сколько у вас было спектаклей за все время?

Карцев: Тринадцать

РГ:Почему вы говорите, что не будете работать. У вас же 20 мая на сцене театра Сатиры - большой юбилей. Вы разве не будете на нем выступать?

Карцев: Буду, конечно. Играть то же, что и  на гастролях в Омске и Екатеринбурге. Читать вещи, которые сам написал.  И еще там будет  несколько добавочных  специальных номеров - Лариса Долина, Миша Жванецкий, Семен Альтов и другие.

РГ: А в Одессе  будете как-то отмечать юбилей?

Карцев: Приглашения пока не было. А вот из Ленинграда позвонили. Пригласили в Большой зал. Я очень нервничаю. Это как раз и  будет 9 июня.

В Одессе же я в  прошлом году много раз был. Наверное, надоел им уже.

РГ:  Ходят слухи, что вы собираетесь уехать в Одессу на ПМЖ?

Карцев: На постоянное место жительства  вряд ли - у  меня же дети и внуки в Москве. Но два-три месяца побыть в родном городе - это удовольствие. Что там говорить! Свой воздух. Свое море! Свои люди!

РГ: Поговорим о вашим работах в кино. Ролей было мало, но какие! Я насчитала десять

Карцев: Одиннадцать!

РГ: Недавно отмечался юбилей - 20 лет картине "Биндюжник и Король". Вы там играете портного - Боярского, который хотел жениться на сестре Бени Крика Двойре (Максим Леонидов и Татьяна Васильева). Кто придумал эту фразу "Пгивет Боягский", которую все до сих пор цитируют?

Карцев: Фраза была в тексте изначально. Но я специально картавил. Вот у Рязанова я  придумал фразу в "Небесах обетованных": "Всю жизнь кричали: "Бей жидов, спасай Россию!". Жидов перебили, а Россию не спасли". А вот  на днях на канале "Культура" будет хороший документальный фильм. Я как-то написал рассказ про Чарли Чаплина, который мне приснился. Будто бы я его вожу по Одессе. И вот в фильме этот рассказ будет словно проходить через все мои киноработы. Они нашли и самые редкие, где я снимался "Нечистая сила", фильм Романа Виктюка, последний фильм - того же режиссера, который снимал "Биндюжник и Король" Владимира Аленикова "Улыбка Бога или чисто одесская история". Он -  новый. Его мало кто видел.

РГ: Я видела. Он сделан по книге Гарика Голубенко "Рыжий город". И вы там играете опять портного - Перельмутера. И как вы поняли, что и  этот портной - ваша роль?

Карцев: Я предлагал режиссеру другого человека, но он все-таки решил задействовать меня. Я не в восторге от этой своей работы. Людям этот образ нравится. Но мне, честно говоря, создать его особого труда не стоило - я играл сам себя.

РГ: Расскажите, пожалуйста, про роль Швондера. Когда читаешь "Собачье сердце" Булгакова, то представляешь Швондера серьезным, зацикленным на идеологии человеком. А  у вас он получился смешным.

Карцев: Швондер поэтому и смешной, потому что серьезный. Поэтому и смешной фильм "Семнадцать мгновений весны", потому что наши  очень серьезно изображают немцев.  Нашего прекрасного великого актера Тихонова можно было бы поймать, как шпиона, через пять минут. И все эти потрясающие лица - и Табакова, и Плятта, и Броневого. Это  пародия -  я так считаю -  и всегда, когда смотрю, очень хохочу. А сейчас еще фильм цветным сделали… Играют гениально, но это - фарс. Так и Швондер. Он маленький, но серьезный… Я хорошо знаю такой тип людей. У нас  с Мишей  в каждой программе был такой образ.

РГ: Вы всю жизнь читаете произведения Жванецкого. А было такое, что вам приносили тексты другие писатели-сатирики?

Карцев: Были у нас хорошие авторы - Аркадий Хаит, например, который писал Хазанову и многим другим. Но и он, и другие маститые авторы мне свои тексты даже не предлагали. Потому что не выдерживали  сравнения со Жванецким.

  Так что от добра добра не ищут. Я только в последнее время начал свои вещи читать. Но я это делаю, как дополнительную краску - мол, я еще и пишу. А так кто может Мишу переплюнуть? Никто! В театре я играл Хармса -  у Михаила Левитина в театре "Эрмитаж",  "Чехонте" вместе с Любой Полищук. Играл Шолом-Алейхема  в спектакле "Искренне ваш". Семена Альтова -  целый спектакль "Зал ожидания" шел довольно долгое время. Так что я давал Мише отдохнуть. А теперь он мне дает - сам выступает (смеется).

РГ: У Жванецкого достаточно непростой характер. Как вам было с ним ужиться  в течение всей творческой жизни?

Карцев: Дело в том, что мы с Мишей очень мало виделись. Он был  свободный художник. Первое время, когда мы ушли от Райкина, он  со мной  и  Витей ездил. Но потом ему это надоело. Он занялся другими делами. Приезжал к нам, потом опять исчезал.

  Мы больше с Витей были -  с утра до вечера репетиции, гастроли. С Мишей - не так. Поэтому мы с ним меньше ссорились. Единственное, он всегда  на меня орал, потому что я импровизировал. Иногда чересчур. И это его сильно злило. Но, когда получалось хорошо, он молчал.

 Как-то мы с ним плавали в круизе в одной каюте. Это был очень интересный случай, Как раз тогда  была борьба с пьянством. Нас раньше не выпускали и вдруг выпустили. Круиз 24 дня. Но была всего одна каюта. Правда, дорогая,  несколько комнат. И мы со Жванецким почти месяц там жили. Он, правда, меня не видел, а я - его. Он приходит  поздно. Я уже сплю. Я встаю в шесть утра. А  у него - самый сон. И через месяц он сказал: "С тобой так хорошо жить - я тебя почти не вижу".

 Конечно, у него сложный характер. Да и у нас непростой.

РГ: У вас две книжки. Еще писать будете?

Карцев:  Нет. Больше не буду. Так, для себя я что-то пишу, Но книжку издавать не собираюсь. Одна вышла автобиографическая. Другая - художественная. По-моему, нормально.

РГ: А раньше сами писать не пробовали?

Карцев: Нет. Зачем писать, если Миша под боком, такое количество миниатюр, что мы сидели и перебирали их, как перебирают камешки. Но я иногда импровизировал, конечно. Потом, в спектакле "Моя Одесса", когда Вити не стало, я почувствовал, что мне просто необходимо  говорить с публикой. И я начал вспоминать всякие одесские зарисовки. Они хорошо принимались. И с тех пор я понял, что в любом спектакле с публикой надо общаться. Она это очень любит. Конечно, смотря что и как. И Миша стал говорить с публикой. Раньше он мне кричал: "Прекрати говорить, играй!", а сейчас сам -  отрывается от текста и говорит.

РГ: Я слышала как вы поете одесские песни.

Карцев: Я пел очень много в фильме "Биндюжник и король". И в картине "Улыбка Бога…" спел  песню об Одессе "Ах этот город, рыжий город". Думал даже эту песню вставить  в свой спектакль. Но пока не знаю как получится.

РГ: Ну и последний вопрос - о личном.

Карцев: Внуки растут. Внучка учится в Англии. Ее папа - человек состоятельный -  опекает  и курирует. Внук - Ленчик переходит в четвертый класс. Красавец. Женщины любого возраста  уже от него падают. Он молчаливый, мужичок такой. Пока, слава богу, в искусство не лезут. В сатиру тоже. Сейчас ведь эпоха примитивизма. Юмор, спектакли, телевидение, кино -   примитивные за редким исключением. Чем проще, тем лучше. Я не понимаю, как может  самая читающая страна хохотать над самой большой пошлостью. Телепередачи юмористические беззубые, никого не трогают… Но вот, когда я езжу на гастроли.  Такая прекрасная публика собирается. Они соскучились по нормальному живому слову. Так что и  я получаю удовольствие, и они кричат - "Приезжайте!". 

Отзывы (0) Написать отзыв

Здесь публикуются отзывы и обсуждения статей.

Сообщения не по теме удаляются.

не видно картинку?

нажмите

код:

Найти

Всего товаров: 0



Самые низкие цены

Великолепный век все 155 серий за 2400 рублей


Сваты все 6 сезонов+новогодние за 1150 рублей


Игра престолов все 7 сезонов за 1000 рублей


Кухня все 6 сезонов за 1000 рублей


Викинги все 4 сезона за 800 рублей


Любое копирование материалов сайта без ссылки на первоисточник запрещается.

Яндекс.Метрика