Екатерина Васильева. Творческая биография

Говорят, когда линия Судьбы проходит по ладони не разветвляясь, ее обладатель будет игрушкой в руках судьбы, и, напротив, - разветвленная линия говорит о жизни очень переменчивой, полной неожиданностей, где велика роль фантазии и вдохновения. Еще говорят, что чаще такая линия встречается у актеров, государственных деятелей, то есть людей, умеющих максимальным образом использовать свои способности. Впрочем, исследования ладоней оставим на совести хиромантов, равно как и прогнозирование поворотов Судьбы. Тем более что женщина, о которой пойдет речь далее, не верит в нее, но тем не менее ее жизнь вызывает большой интерес со стороны зрителей, журналистов, режиссеров и кинокритиков.

Екатерина Васильева - одна из тех киноактрис, чью тему творчества можно четко сформулировать. Конечно, образы и мотивы со временем менялись, но острая характерность подразумевается под ее внешностью, под манерой - под тем, что сводят в определенный женский тип, который далеко не однозначен. Здесь и статность, и высокомерие, и озорное изящество, и подавленная женственность, которая никогда о себе не заявит, потому что для этого нужно нечто сильное - волшебная ситуация. До поры до времени она уютно чувствует себя в панцире, в удобных стереотипах, в них пробует жить, пока зрителю не удается заглянуть в глаза актрисы и увидеть там капельку озорства, немного печали, но ведь не все люди волшебники и не все волшебники - режиссеры.

Кинобиография Васильевой не стоит особняком от ее личной жизни: сначала от праздника, который она пытается вокруг себя создать, потом от внутреннего самоконтроля - все здесь взаимосвязано. В любой роли просвечивает жизнь, настоящие желания, требования к окружающим и к себе - по крайней мере, при наличии такого просвета можно судить об искренности актера, о его духовной сущности. Читая статьи разных лет об актрисе, непременно встречаешь характеристики противоположные - расплывчатые и определенные, хвалебные и критические, но со временем все они составляют обязательные штрихи творческого портрета.

Как в жизни, так и на экране Васильеву привлекают сложные ситуации, отличает желание из обыденности, банальности сделать неоднозначное, яркое, оригинальное. И потом разочароваться, уйти, почувствовав фальшь и пустоту. Но не всякий уход легок. Порой к определенному жизненному этапу приходится готовиться усиленней, чем к самой сложной кинороли, задавать себе мучительные вопросы и готовить ответы самые правдивые, потому что ни удачное освещение, ни монтаж, ни тем более дублер не скроют огрехи - ты сам становишься главным его участником и судьей. Поэтому портрет актрисы хочется начать с разговора о "типе" артистизма, изначального, природного. Живая и уверенная в себе, энергичная и страстная, неуравновешенная и интересная, восторженная и авторитарная - такова она в воспоминаниях своих друзей и близких, такой мы привыкли видеть ее на экране.

Сыграв в кино более шестидесяти ролей, получив звание народной артистки, Екатерина Васильева практически не имеет в своем багаже, за редким исключением, главных ролей. И тем не менее даже самый неискушенный зритель может назвать с десяток картин с ее участием. Эта способность актрисы быть всюду узнаваемой и вдохновляла и удивляла. Не каждый актер способен заполнить отпущенное экранное время своей энергией, оптимизмом, как это делает Васильева. При том что она никогда не была красавицей в общепринятом смысле слова, ее внутренняя свобода, редкий магнетизм еще в пору студенчества поражали окружающих. Среди них был и первый муж актрисы, ныне известный режиссер С. Соловьев. Но юная Катя еще не знала, что особое место уготовано ей в кинематографе молодых, почти ее ровесников, а пока вгиковцев (Васильева окончила Всесоюзный государственный институт кинематографии, мастерскую В. Белокурова, в 1967 году), среди которых был вдохновенный Сергей - будущий первооткрыватель звезд, муз отечественного кино, - покоренный ее свободолюбием, яркостью, необычной красотой. Правда, Васильева, его первая муза, с которой он надолго сохранит теплые отношения, не стала (в отличие от Татьяны Друбич) его актрисой. Ей была уготована другая экранная жизнь, репертуар, не свойственный режиссерскому стилю Соловьева. В 1973 году он снимет ее в своем первом полнометражном фильме "Егор Булычов и другие" в роли Александры, незаконнорожденной дочери главного героя. В прессе промелькнут нелестные замечания в посредственности. Но тогда же появятся роли, принесшие ей долгую популярность и зрительскую любовь: "Бумбараш", "Эта веселая планета", "Соломенная шляпка".

"Катя была очень юная, очень высокая, очень стройная, очень рыжая, с челкой, сигаретой "Шипка" в зубах и с гениальной, абсолютной, дотоле мной в женщинах не виданной внутренней свободой. Она была свободна во всем, этого даже проявлять не требовалось. Ей достаточно было войти в комнату или просто сидеть, как становилось ясно, что перед тобой совершенно раскрепощенный, изначально свободный человек" (С. Соловьев. "Асса" и другие сочинения автора").

Эта своего рода режиссерская характеристика во многом предопределила судьбу юной студентки. Первая "проба актера", сделанная Соловьевым, оказалась ближе к действительности, чем мнения педагогов Васильевой, которые относились к ней с некоторым недоверием. Были очевидны способности студентки, но настораживала слишком нестандартная внешность, которая, казалось, не позволит ей полностью раскрыться на экране. И потому первые кинороли актрисы - маленькие, незаметные, простенькие девушки с незатейливой судьбою.

Лицо - одно из решающих условий для работы в кино, у Васильевой оно веселое и озорное, прямолинейное и загадочное. Оно может быть и некрасивым и притягательным, и жестоким и мягким. Лукавые глаза, ироничная улыбка, крупный нос - неправильность черт могла бы стать грубой и примитивной, если бы не внутреннее, эмоциональное

содержание юной актрисы. Правящие ею сильные чувства влекли туда, где нет ни скуки, ни однообразия. Сильные страсти и глубокие ощущения были синонимом любви. Позже она не раз скажет о своей неуверенности, комплексах, но мало кто тогда догадывался об этом. Васильева крайне неохотно показывала свои слабости, эта черта отличает и всех ее героинь, полных жизни, силы и красоты, не имеющих в себе ничего хрупкого.

Родилась и воспитывалась Катя в семье людей творческих, отец - поэт Сергей Васильев, мать - Олимпиада Макаренко - всю жизнь мечтала стать актрисой, но так и не получила благословения от родного дяди, автора "Педагогической поэмы" - Антона Макаренко. Но вряд ли стоит думать, что актерская судьба Васильевой - лишь реализация мечты матери. Она обладала природными способностями, которым было суждено выразиться на экране. В ней не было инфантильности, какой-то неопределенности, были юношеская крепкость, энтузиазм, решительность, прямота, естественность порывов, непредсказуемость и чудачество. То, что окружающие называли непривычной задорной женственностью.

Она не производила впечатления наивной красавицы, но верила в любовь с первого взгляда, любовь, живущую в мире красоты и приключений, где много воздуха, пространства, свободы. Но, как правило, яркий огонь догорает быстрее. И разочарований в ее жизни было не меньше, чем побед.

Уходя, причиняя боль любящим людям, она навсегда оставалась до конца неразгаданной. И Сергей Соловьев, и Михаил Рощин называют ее самой яркой и необычной своей любовью. Непосредственность в жизни и в игре, неординарность, страстность и искренность определили характер ее ролей, актерскую генерацию.

В интервью "Советскому экрану" в 1970 году она говорила, что мечтает "сыграть современных женщин, с характером сложным, в противоречиях которого раскрывались бы сильные стороны человеческого духа", ее трогает предельное сопереживание своим героиням И. Чуриковой и М. Булгаковой. В ее судьбе будут и сложные характеры, и встречи с любимыми режиссерами, но знала ли она тогда, что в момент своего творческого подъема, в момент известности и почитания отвергнет любое посягательство на личность, отринет лицедейство и принцип беспощадного вживания в роль.

Итак, Васильева снималась много, становление творческой карьеры началось во второй половине 60-х, но почти всегда это были эпизодические роли. Пик же приходится на 70-е, 80-е годы, время, когда принцип "черного и белого", схематического деления героев на плохих и хороших уходит в прошлое, а в центре картин оказывается парадокс характеров, тяга к нестандартности решений образов и судеб. И здесь, в ролях второго плана, она уже начинает заявлять о своей индивидуальности.

Первая наиболее заметная ее роль - красавица горянка в картине А.Коренева "Адам и Хева". Статность, присущая актрисе, своеобразие резких черт лица вполне отвечали стандарту кавказской женской красоты, оставалось только затемнить глаза и скрыть рыжину волос. Только с напором свободолюбия было трудно, его не так просто замаскировать: и яркий голос, и энергичные жесты говорили о непокорности и непримиримости. Не так просто заставить эту молодую женщину покориться закону шариата, молча игнорировать упреки темпераментного мужа. Конечно, Хева - Васильева со всей старательностью исполняет предписания: готовит, убирает, молчит - такова женская доля, но придет время, и она объявит протест устоям горного аула. Вызов Хевы - не резкое отрицание, а результат постепенного развития ее женского "я". Услышав от грозного мужа проклятие за слишком горячий бульон, Хева, как того требует древний обычай, покидает его, уходит к Адаму, который никогда не скажет ей унизительных "талак-талак, талми-талак". Потому что Адам - добрый и заботливый, не считает зазорным помочь жене, с ним легко и спокойно, даже профессия у него приятная - парикмахер, тогда как Бекир - гробовщик. И Хева... влюбилась, как того требовал водевильный жанр, и теперь полна твердой решимости отстаивать новые формы морали перед родней и советом старейшин. Обычаи - ничто, упреки бесполезны перед нахлынувшим неожиданно сладким вкусом свободы.

Мало кто из второстепенных по сюжетному действию персонажей мог привлечь внимание нестандартностью, восклицательной яркостью, как это делали героини Васильевой. Причем объединить их в какую-то отдельную категорию не так просто, назвать ее актрисой одного амплуа невозможно. Всегда ее появление на экране предполагало некий подтекст. В наиболее удачных ролях, обеспечивших актрисе любовь зрителей, ей удавалось передать контрастирующее соединение жестокости, порывистости, резкости, непреодолимое желание повелевать - черты сугубо мужские - с ранимостью и предельной тонкостью особых женских переживаний, откликов на перипетии судьбы. И второстепенные роли уже не были одноплановыми. Яркий пример такого совмещения - роль в известной, всенародно любимой кинокомедии М. Захарова "Обыкновенное чудо". Под воздействием нахлынувших былых чувств Эмилия, железная леди, снимает маску, за которой скрывается невостребованная женская индивидуальность, ранимость, способность чувствовать, сопереживать и жертвовать. Пусть это комедия, но жизнь так близка к ней, пусть пьеса, но в ней раскрывается волшебство чувств, их преображение. В отличие от главного героя, Медведя (А. Абдулов), она не раба сюжета сказки Волшебника, как, в общем, и все женские образы картины, над ними не властны мужчины, они покоряются только магии чувств, верят в могущество любви. В Эмилии еще горит огонек этой веры, и неожиданное появление Эмиля разжигает способность к новому, вдохновенному. Резкие ноты в голосе пропадают, и слышатся лишь их отголоски в любовном ворковании. Появляется застенчивая нескладность и угловатость, девичья наивность и трогательная нежность. Васильева явила несоответствие жизненной роли персонажа и его внешности, подчеркнула способность очерствевшего сердца откликнуться на зов неведомого, проявить человеческие слабости. Как и Инопланетянка из фильма "Эта веселая планета": в женщине-роботе, неземном существе, рождается вкус к жизни, к земной любви, вера в сказку, в праздник жизни. Мелькание масок вокруг удивляет и покоряет ее. И вне этой атмосферы она не хочет существовать. Потому что праздник нужен всем, равно как каждый способен к чуду преображения. Видимо, именно поэтому большая часть традиционно "новогодних" кинофильмов отмечено ее участием. Фильмов, где возможен веселый карнавал с надеванием и снятием масок, с торжеством чувств, добра и счастья, с неиссякаемым зарядом оптимизма. Пусть после начнутся суровые будни, ощущение праздника будет вечным.

И хотя актриса была далека от образа ангелоподобной женщины, ей ничего не стоило привлечь к себе внимание. Ведь даже потеря шляпки может стать причиной сюжета ироничной комедии. В картине "Соломенная шляпка", изменяя мужу, восхищая любовника, она не позволит третьему - незадачливому жениху-ловеласу (А. Миронов) - пройти мимо, не заставив сделать все по-своему. И здесь в ход идут все средства сугубо женского арсенала, которыми мадам - Васильева владеет в совершенстве: и жеманность, и флирт, и обморок, наконец, истерика. В общем, все, что может поставить ее во главу угла. Раздражая всех вокруг, она заставит сделать по-своему. Это и есть та неидеальная женственность, которую язык не повернется назвать неестественной, которая держится на самолюбии и способности заставить весь мир крутиться вокруг себя. А оправдание всегда найдется. В ней может быть все - белое или черное - в зависимости от настроения, от собственного каприза.

Если она сделает ошибку, ей все простится. И здесь она являет полную противоположность страдающим красавицам. Не потому ли Екатерине Васильевой не приходилось играть угнетенных, раздавленных жизнью героинь, ибо они всегда знали, что им нужно, и прямо шли к своей цели, не допуская компромиссов. Не так страшна в фильме "Чародеи" дипломированная колдунья Шамаханская, чьи чары разрушают любовь молодых людей. Она всего лишь влюбленная женщина, борющаяся за свое счастье, и оттого неистовая и беспощадная, но одновременно - жертва корыстного плана. Имея некий внутренний стержень, она никогда не позволит себе сдаться, упасть духом. Это как горящий лед: она не изливает свои чувства и любовь - доказывая делами больше, чем словами.

В финале музыкальной новогодней комедии она - королева бала, влюбленная невеста, сильная и почти не знающая мук совести, потому что ее чувство оправдывает все. Удивительно, но при всей своей жесткости и эгоистичности героини Васильевой крайне редко заслуживали звание отрицательного персонажа.

Так, в картине "Жена ушла" Д. Асановой по сюжету секретарша Соня должна выглядеть разлучницей, соперницей, но оказывается милой женщиной, и даже не совсем поверхностной, как это кажется главному герою (В. Приемыхов). Может, поначалу ей не понятны все тонкости семейных отношений Александра и Веры, но она знает, что такое любовь, и трезво оценивает ситуацию. Она ни на что не претендует, не потому, что не мила, не умна, не хозяйственна. Напротив - она завидная невеста, но "между двух огней", между которыми находится Саша, она не "второй огонь" рядом с Верой. Он, не вникая в сущность характера жены, пытается всеми правдами и неправдами, лаской и нежностью, уговорами и криком вернуть ее, при этом пытается и Соню сватать всем своим друзьям. Практицизм, категоричность, прямолинейность отличает ее от героинь Е. Соловей, способных любить человека с темпераментом восьмилетнего ребенка. Соня никогда не допустит ненужных переживаний. Но две женщины не антитезны, а скорее контрастны, те же слова, похожие действия, но иные смыслы и разные переживания. У Сони все легко. В мужском коллективе она чувствует себя как рыба в воде, оставаясь собой - женщиной не чеховского, но современного типа, потому и природа чувств у нее иная. Она не стремится демонстрировать свою женственность, и в то же время ее никогда не увидеть с грубой авоськой в руках или в мятом халате. Соня заявляет о себе смело и прямо, не стесняясь вслух хвалить или критиковать. Ее сильный, порой властный и незаурядный характер проявляется во всех отношениях с людьми, но в то же время она не способна на коварство и обман. Соню не смущают вторые роли, ибо и там она находит возможности проявить себя. Она может быть заботливой, участливой, даже восхищенной, но, в силу своего трезвого ума, не идет на поводу сильных чувств; и, хотя в ее взгляде порой таится неразделенная печаль, никто не придаст этому значения, потому что видит перед собой прежде всего сильную женщину.

Она может быть одна, но не одинока. Ее одиночество - без неврозов, депрессий, нытья и заслуживает восхищения необычной для женщины выносливостью, способностью вписаться в ритм жизни, угадать настроение. Эта особая формула души, где главным компонентом, без которого невозможно существование, является внутренняя свобода. Выражаться она может в чем угодно, в вульгарности, в святости, но внутреннее состояние, ее состав подчас остается неисследованным.

Есть и во внешности актрисы нечто неуравновешенное, беспокойное, что позволяет в привычное кинодействие, в легкий жанр внести нотку диссонирующую. Если не движением чувств, то фактурой, особой актерской пластикой, и смысл кинопроизведения избавляется от однозначности, уже не поддается формуле.

В основу картины "Мой нежно любимый детектив" легла история об открытии в Лондоне детективного агентства, когда звание "Великого сыщика" после многочисленных конкурсов получила... женщина. Неудивительно, что именно Васильевой досталась роль мисс Ширли Холмс, женщины с мужским темпераментом и "железной" логикой.

Разнообразны судьбы и характеры героинь Васильевой, широк и диапазон вкусов актрисы: ее любимые режиссеры Тарковский и Иоселиани, Герман и Сокуров. Любимые картины - "Бумбараш", "Обыкновенное чудо", "Чародеи", "Мой нежно любимый детектив", любимые роли - у Германа, у Асановой. А кумир в кино - неповторимый Чарли Чаплин. Эта информация приводится не как факт, но как свидетельство, что почти каждая роль в судьбе актрисы - это сознательный выбор. И к этому она всегда стремилась и продолжает стремиться.

Характеры разных ее героинь предполагают любые чувства, кроме безразличия. Она может быть мечтательной и витать в облаках, или, наоборот, видеть мир без прикрас, держа свои иллюзии при себе, но никогда не потерпит ханжества, в любом виде, в любой ситуации.

Если такие женщины попадают в детективную игру, они часто оказываются первыми в ряду подозреваемых в силу своей внешней холодности. Как Тамара - героиня криминальной драмы "Преферанс по пятницам" режиссера

И. Шешукова. Она не то что не умеет расположить к себе человека, но намеренно этого делать не будет. Эта естественность позиции и оценок делает ее не всегда симпатичным собеседником, но более интересным, так как выбор всегда за ней. Она не терпит показной жалости, но именно поэтому не будет выглядеть нелепо и лживо.

И хоть главные линии внутренней жизни актрисы не всегда находят отражение во внешнем рисунке сюжета, основные ноты характера персонажа Васильева ведет с особой силой. Это своеобразный драматизм, внутренний, незаметный. Но кульминацией фильма будет именно его выплеск.

По сюжету картины "Преферанс по пятницам" смерть директора комбината расследует его сын. Атмосфера тайны и заговора постепенно сгущается. Екатерина Васильева играет здесь мать, жену, любовницу, и постепенно все ниточки сюжета игры приводят к ней, роковой женщине, непреклонной и отчаянной. Даже в тревоге, в несчастье она облекает свои мысли в язвительную, оригинальную форму. Не потому, что не чувствует атмосферы, людей, - напротив, она умеет сдерживать себя, и это еще больше интригует окружающих. "Злой гений", Тамара не желает меняться, льстить, играть роль убитой горем вдовы, счастливой влюбленной или трепетной матери. Но только до поры до времени, чтобы неожиданно раскрыться с новой, необычной силой, развеять тайну и решиться на отчаянный шаг.

Но кроме логики и авторитарности, изящества и легкости есть в Васильевой еще одно качество, отличающее от других актрис, - умение стареть, не дурнея. Потому что старение для нее равнозначно взрослению, оно и есть взросление - ступень к внутреннему совершенству, с которой можно упасть и не подняться. Только чуткий вкус, актерская и женская отвага могут сыграть здесь решающую роль.

Многие склонны считать самой удачной ролью Васильевой Клару в фильме "Визит дамы" Козакова. Еще бы, благодаря актрисе героиня - суровая старуха - становится женщиной, вызывает живое сочувствие, и дело не только в "омоложении" (убрать из названия тревожное для любой актрисы прилагательное - дело нехитрое), но в актерском темпераменте Васильевой. Если героиню пьесы, лежащей в основе картины, даже живым человеком трудно назвать, то здесь она - дама-женщина, со своими принципами, не только с миллионами, и ее хочется понять.

Клара возвращается в город своей юности, откуда много лет назад была изгнана. Будучи ныне дамой состоятельной, она позволяет себе менять молодых мужей и отчаянно сорить деньгами, но главная ее цель - возмездие. Она появляется во всей своей стати, с презрением к безалаберности, скупости и беспомощности общепринятых устоев, к тем, кто давно забыл истинное значение нравственности и добра. Городок в ужасе, многие шокированы, но тем не менее судебному процессу, на котором настаивает миллионерша, дан ход. Однако в своем былом возлюбленном, из-за которого она терпела унижения и страдания, Клара видит старого, измученного жизнью, никчемного человека. И женская гордость, непреклонность, жажда возмездия уходят на второй план. Ведь прошлое не исчезло из ее души, ненависть не затмила былых переживаний. И нет никаких сомнений в том, что в сердце ее жило светлое чувство, что ею правили страстность и беззаветность и еще не исчерпана временем ее женская сущность, не умерла та юношеская любовь. Ей хорошо известна цена ставки в этой игре: она понимает, что повернуть время вспять невозможно, почти так же, как переиграть принятое сейчас решение. Васильева освежает сухой, беспощадный рисунок образа Клары Дюрренматта. Потому и не выглядит самодуркой, безалаберной и бессердечной, наделена солидным запасом душевного равновесия. Просто отныне ее поведение слишком продуманно, чтобы она могла позабыть о чувстве собственного достоинства.

Если в молодости любовь была нарядной, красивой, легкой, то со временем чувства остывают, меняется пластика поведения, и угловатые героини Е. Васильевой становятся матерями. В "Экипаже" А. Митты она играет мать девушки, еще до конца не порвавшей с детством, но принципиально жаждущей самостоятельности. И вот в жизни наступает момент, когда авторитарность отца (Г. Жженов) уже не играет роли, есть только мудрость, женское участие, понимание и чуткость, которые способна проявить только мать. Женщина, чьи чувства поостыли, молодость осталась позади, страсти утихли безвозвратно, у нее есть только дочь, и не остается ничего, кроме желания понять. И это мудрее, нежели идти на поводу у назидательности и ложного педагогизма. Таковы почти все матери в воплощении Васильевой, они сами до конца не повзрослели, их трудно представить в роли "правильных" учителей, у них свой подход к проблемам в отношениях с детьми. Порой они сомневаются, часто прячутся за свою "взрослость". Тут и боязнь лишиться авторитета, и сомнения, не позволяющие раскрыться душевному теплу.

В "Приключениях Тома Сойера и Гекльберри Финна" режиссера С. Говорухина актриса - представитель линии взрослых, - здесь та же неумело созданная маска, за которой, по сути, взрослый ребенок, неуверенный в себе, но настойчивый в выполнении заповедей воспитания. Педагог, не лишенный души, но слишком ограниченный и жалкий в своей одноплановости. А детям так хочется, чтобы взрослые стали ближе, смелее и выносливей.

В фильме "Кувырок через голову" Васильева не просто мать, жена, хозяйка, но и актриса - сказочное чудовище, ведьма. Она играет на сцене и там же превращается в мать, не успев даже принять соответствующий облик. И ей неловко и обидно за свою маску, за яркий грим, за сценическое злодейство.

И хотя экранный образ Васильевой не вяжется с миром благополучной и размеренной жизни, та придумывает повороты покруче и зигзаги удачи в ней могут быть столь же непредсказуемыми, как и удары и испытания.

Важнее, что я являюсь матерью священнослужителя. Это ко многому обязывает. И конечно, все эти жизненные перемены для меня - по-настоящему чудо.

Актерская жизнь в общепринятом смысле лишена духовности, а глубоко верующие и попросту называют ее категорично - лицедейством. Впрочем, время вносит свои поправки как в общественную мораль, так и в религиозную. И звезды, актеры, просто широко известные публике лица, как и многие, принадлежащие к поколению, насильственно оторванному от Церкви, возвращаются к вере. Кто как способен, и доля актерства в этом часто наблюдается. Но, думается, не в случае с Васильевой. В массовых изданиях не мелькали художественно выполненные фотографии, где бы она, преклонив колени, выразительно молилась; массовые издания не освещали ни ее венчания с молодым красавцем или знаменитым актером в красивой церкви, ни других пышных церемоний. Мы видели только рекламный ролик о пожертвовании средств на строительство храма, но и это стало существенным поводом для прессы говорить о "новом образе". Но мало кто знает, что в церкви Екатерина Васильева уже более двадцати лет, что привел ее к вере несчастный случай, и ничему в жизни - ни кино, ни театру - она не отдавалась так страстно и с таким благоговением, как Богу. Она простая прихожанка, в последние годы - казначей храма Софии Премудрости Божией в Средних Садовниках. Там же служит ее сын, бывший выпускник ВГИКа, ныне дьякон, будущий священник.

Существуют три вида любви: эрос, филия и агапэ. По крайней мере, в греческом языке любовь имеет эти три значения и очень разные сущности. Но не каждому удается постичь их различия по нравственному вектору. А Екатерине Васильевой пришлось испытать и физическую страсть, и взаимную привязанность, и подойти наконец к чувству нисходящему, тому, что находится выше психологических и душевных привязанностей, в иной, духовной плоскости. И ныне в добровольном отказе от своеволия, от гордыни, ею обретается подлинная, немнимая свобода.

Словосочетание "кинозвезда" в России начало функционировать в полную силу в 90-х годах прошлого столетия, и тем не менее точного определения не имеет. Но, следуя западной традиции, можно предположить, что главная его функция маркировать "человека с легендой", с мифом, подчас созданным искусственно, но придающим необходимый ореол загадочности и тайны. Екатерина Васильева вполне соответствует всем требованиям данной категории.

Внутренняя свобода отличала актрису в свое время, была, если можно так выразиться, индивидуальным знаком как в творческой, так и в личной жизни. Что же теперь? Насколько изменилась ее жизнь, что стало главным и незыблемым?

Сегодня Васильева называет актерскую профессию исключительно лицедейством и маркирует свое прошлое этим режущим слух искусствоведов словом. Сейчас, когда в моду входят не только каштановые оттенки волос, но азарт и практичность, своеобразие характера и индивидуальности заменяет сентиментальность и нерешительность в области чувств. В кино, в общественной жизни на первый план выходят блистательные, элегантные, утонченные женщины, которые несут в своем образе жажду праздника и удовольствия, ждущие потрясений, непредсказуемых ситуаций и неординарных поступков. Многих увлекает легкость, с которой им все удается, но мало кто из них застрахован от возможности разбиться о голую действительность, так и не познав своей сущности. В определенный момент даже самой сильной и независимой женщине необходим устойчивый якорь, незыблемая опора, от которой ведется отсчет жизненных ценностей.

В российском кино актерская индивидуальность Васильевой оказалась востребованной не меньше, чем в предыдущую, советскую эпоху, более того, все чаще ей предлагают главные роли, но, как и раньше, плотность экранного времени не интересует ее.

Став более рассудительной по отношению к себе и другим, преодолев в себе неприятные черты - и в этом есть своего рода волшебство, - Екатерина Васильева, актриса и женщина, мечтает помочь другим людям увидеть мир яснее, сделать все, чтобы в нем уменьшилось насилие и дисгармония.

Кажется, на первый взгляд это разительно на нее не похоже. На первый. И только. Потому что на экране она все так же естественна, так же необычна, так же оригинальна и долгожданна. Новое наполнение, заинтересованность и искренность интересны уже потому, что ее роли, ее фильмы и спектакли не случайны. И это позволяет актрисе выглядеть современнее и свободнее, цельнее. Во всем чувствуется ее позиция: и страстная, и горячая, и, может, даже чересчур требовательная.

Сейчас, хотя и редко, Екатерина Сергеевна принимает участие в театральных постановках, изредка снимается в кино, и работу над ролью начинает с благословения духовного отца. К нему несет заинтересовавшие ее сценарии, ибо это естественная для нее потребность - дарить с экрана тепло, нести идеи добра и единства; и пусть ее героини еще сохранили резкость и не всегда правы, за ними чувствуется искренность и душевная открытость. Это и эпизод в картине В. Приемыхова "Кто, если не мы", и роль матери Тургенева в так и не вышедшем фильме С. Соловьева. И государыня в сериалах С. Жигунова "Королева Марго" и "Графиня де Монсоро". И главная роль в новогодней сказочной истории "Приходи на меня посмотреть" в постановке Михаила Аграновича и Олега Янковского. Уже понятно, что фильм не станет в один ряд с "Обыкновенным чудом" и "Чародеями", но интересна смелость и уверенность, с которой выступила Васильева в роли... матери героини Ирины Купченко. История в общем-то незамысловатая: старая дева живет с больной матерью в квартире, больше напоминающей нефинансируемый музей, телевизор не держат, на ночь читают Диккенса... И вот неожиданно, когда старушка собирается умирать, в дом нечаянно нагрянул немолодой, но симпатичный незнакомец, этакий новый русский, пришел, чтобы остаться. Стать мужем дочери героини. Потом появится еще и дочка-внучка, наступит Новый год, и героиня Васильевой передумает умирать. И понятно, что, будь на экране действительно старый человек, фильм стал бы пародией на безрадостную, унылую и скучную действительность, а излияния начитанной дамы больше походили бы на маразматические припадки. Более того, Васильева выглядит более здраво и естественно, оригинально и живо, нежели Купченко в вечернем платье с бутылкою вина в руках или Янковский в "костюме" нового русского. И по-прежнему это человек действия, несмотря на то что по сюжету большую часть фильма ей приходится сидеть в кресле. Ее задача поверить в небылицу, чтобы всем стало весело, чтобы всюду было счастье и радость. Авторитарная и жесткая, она со временем стала мягче и снисходительней, ей никогда не приходилось винить других за свое женское одиночество, но она обвинит себя за неудавшуюся личную жизнь дочери. Может быть, и сидела бы она спокойно, может, тихо умирала бы, если бы не чувство ответственности за то, что уже было и что должно произойти, не заставило ее пересмотреть свои принципы. Теперь уж она не допустит того, чтобы долгожданный праздник сорвался.

Действие происходит в доме Софьи Михайловны, и, хоть она стара, больна, не может перебраться из комнаты в кухню, - здесь она полновластная хозяйка. Квартира - ее воспоминание, летопись счастливой, ненапрасной жизни, где со стен смотрят иконы, выцветшие фото, портреты писателей и поэтов. Да и в самой Софье Михайловне есть что-то от поэта - инициатора встреч и расставаний, но ее меланхолические сентенции не воспринимаются как проявления пессимизма, это история жизни, кусочек эмоциональной биографии - грустной, но многообещающей. Так что пока рафинированный искатель приключений выясняет отношения с молодой любовницей, пока дочка демонстрирует фигуру, безостановочно меняя костюмы, а лжевнучка не знает, как распорядиться фамильными драгоценностями, старушка берет на себя основные обязанности режиссирования семейной идиллии. И находчивости, с которой она ее творит, можно только подивиться. Ведь с ней не заскучает ни случайный прохожий, ни зритель, потому что она все еще способна создавать атмосферу непринужденности, в которой любой человек чувствует себя уютно и спокойно. Все, кроме нее самой: так непривычно и неуклюже сидеть в кресле, когда вся ответственность лежит на тебе и все ждут и надеются только на твою энергию и силу. Принципы самоутешения тут не помогут, только борьба с собою, со временем, с болезнью. Она по-прежнему не любит чувств будничных, бесцветных и проявляет только ей свойственное, завидное упорство на выбранном пути, с которого ее трудно сбить.

Благодаря Васильевой, ее решимости и искренности, ее стремлению сделать историю поучительной и сказочно милой сюжет фильма оказался шире шутливой фабулы, где побеждает жизнь и любовь.

"Семья - это малая церковь", - говорит Екатерина Сергеевна, и это не заученная фраза, а искреннее убеждение.

Сама она не только мать, но и свекровь, и молодая бабушка двух очаровательных малышей, которых воспитывает на первый взгляд в чрезвычайной строгости, согласно мудрой христианской морали. В среде актерской у нее много друзей, масса поклонников среди зрителей. Но в силу своей непохожести, необыкновенности она предпочитает идти удивительными, непредвиденными дорогами.

Брак с Михаилом Рощиным продержался недолго, они расстались, когда их сыну не исполнилось и двух лет. Рощин вскоре женился на ее подруге, что не помешало им сохранить теплые отношения до сих пор. А Васильева стала постепенно отходить от мишуры жизни. Да и на экране она никогда не утрачивала своей женственности, изначальной сущности, а порой была выше и значительнее "эталона". Вопреки всему семья становится ее стихией. Взаимная любовь и верность, христианский семейный уклад являются для нее залогом не просто семейного благополучия, а душевного здоровья.

В век симуляции и практицизма очень трудно представить себе сильного человека, прожившего насыщенную жизнь, который вдруг отказывается от всего суетного. Так же трудно, как невозможно найти в нынешней жизни Васильевой хотя бы намек на фальшь: здесь нет и следа от знакомого почерка модного рекрутера, профессионала по имиджу или других специалистов новой индустрии "пиар".

Артистизм, сделавший ее популярной, уже не воспринимается как проклятие. Во всем она шла методом проб и ошибок, училась жить, живет, чтоб учиться, ведь естественность для нее и по сей день остается главным мерилом собственного достоинства. Перед нами опять уверенная в себе женщина, за этой уверенностью стоит многое. И снова, кажется, она ничего не боится.

Отзывы (0) Написать отзыв

Здесь публикуются отзывы и обсуждения статей.

Сообщения не по теме удаляются.

не видно картинку?

нажмите

код:

Найти

Всего товаров: 0



Самые низкие цены

Великолепный век все 155 серий за 2400 рублей


Сваты все 6 сезонов+новогодние за 1150 рублей


Игра престолов все 7 сезонов за 1000 рублей


Кухня все 6 сезонов за 1000 рублей


Викинги все 4 сезона за 800 рублей


Любое копирование материалов сайта без ссылки на первоисточник запрещается.

Яндекс.Метрика