Александр Половцев: Я слабовольный подкаблучник

«СУПЕРЗВЕЗДЫ» встретились с Александром Половцевым и Юлией Соболевской в Питере, в ресторане «Улицы разбитых фонарей». Интервью со знаменитой парой получилось не совсем обычным. Накануне мы предложили: «А что если не журналист, а вы будете задавать друг другу вопросы?» «Отличная идея, давайте попробуем», — охотно согласились Половцевы. Утром разъехались каждый по своим делам, в течение дня придумывали вопросы, а вечером выступили в качестве корреспондентов «Суперзвезд» и взяли друг у друга интервью.

23 года вместе

АЛЕКСАНДР: Юлечка, давно хотел тебя спросить: ты можешь приходить домой и отключать телефон? А то с тобой и поговорить вечером невозможно. Мы со Степой телевизор смотрим, а ты на кухне закрываешься и ля-ля-ля-ля…

Юлия: Не могу.

А.: Почему?

Ю.: Это разумное предложение, но оно нереальное. Кино не имеет нормированного рабочего графика (супруга актера — генеральный директор кинокомпании «Граффити Фильм». — Авт.). Есть такие люди, которые дома отключаются, а потом из-за них съемки срываются. Я так не могу.

А.: А ведь раньше могла взять и поехать в Ригу, наплевав на всю работу. А теперь тебе скажи: «Поехали!» — наверняка ответишь: «Не могу, у меня дела».

Ю.: Я приложу все усилия для того, чтобы это сделать. Но… Чем выше человек поднимается по карьерной лестнице, тем большую ответственность он несет и уже не может легко распоряжаться своим временем. Только почему ты на меня нападаешь? Я же не говорю тебе, что ты все время снимаешься! Это твоя жизнь. А я всегда была таким человеком. Если тебе нужна домохозяйка, надо было жениться на другой. Неужели тебе было бы интересно жить с женщиной, которая с утра до вечера сидит дома?

А.: Я об этом не задумывался. Наверное, нет. Только тебе все равно надо меньше работать и больше времени уделять дому.

Ю.: Это твоя золотая мечта?

А.: Да.

Ю.: Вот так и живем… Мы не ангелы с крылышками. За 23 года знакомства и тарелки летали, и кастрюли. Саш, ты помнишь?

А.: Нет, я забываю плохие моменты.

«Ухаживал за мной и Олей»

Ю.: А помнишь, как ухаживал за мной?

А.: Конечно. Мы репетировали спектакль «Вагончик» (именно на этом спектакле впервые встретились актер театра-студии «Время» Александр Половцев и студентка театрального института Юлия Соболевская. — Авт.), а потом шли в какое-нибудь кафе. Помнишь знаменитое заведение «Лягушатник» или «Аврору»? Я водил тебя на экскурсию по Васильевскому острову по местам своего детства. А еще стояли в очереди, чтобы попасть в «Погребок», съесть свинину и почему-то запить ее ликером «Шартрез».

Ю.: Я сейчас даже вспомнила вкус того мяса с ликером. В «Погребке» всегда подавали одно и то же блюдо: жареную свинину с зеленым горошком и кетчупом.

В то время мы посетили уйму кафешек и съели, наверное, тонну мороженого. А куда было деваться? Мы везде ходили втроем: Саша, я и моя лучшая подруга Оля (к сожалению, два с половиной года назад она умерла). Мы с Олей вместе учились, жили у меня дома, поэтому Саше приходилось провожать сразу двоих. Но Оля нам не мешала. Она такой деликатный человек, что всегда знала, когда лучше удалиться, а когда помочь снять напряжение, возникавшее между мной и Сашей. Оля была свидетельницей на нашей свадьбе.

Кстати, на второй день свадьбы у Саши дома к нам в гости пришел весь его театр. Помню, еще подарили закрытую трехлитровую банку, набитую мелкими деньгами, которую мы тут же раскупорили. А свадебное путешествие состоялось ровно через год. Мы купили туристическую путевку в Болгарию. По тем временам это было круто. Но сразу после окончания института я ездила со своим курсом в Чехословакию по студенческому обмену, и за границу меня больше не выпускали: «Вы же недавно ездили! Нельзя!»

На собеседование надо было идти в партийный кабинет при райкоме КПСС. Как умная, надела комсомольский значок, волосы в косу заплела, но на вопрос о последнем съезде КПСС не ответила. «Вы политически не подкованы», — сказали мне. Но я быстро сообразила: «Мой муж — член партии, и я даю вам торжественное обещание, что каждый день он будет проводить со мной политинформации. Я могу прийти после поездки и все рассказать». В Болгарию меня отпустили. Кстати, Саша, почему ты со мной так и не провел ни одной политинформации?

А.: Политинформаций в телевизоре хватало. Это же был 1985 год. Два дня мы провели в Румынии, причем гостиница находилась рядом с дворцом Чаушеску, и однажды нас чуть не обстреляли автоматчики. Свет в городе еле горел, а в 11 часов вечера совсем отключался. Зато в Болгарии было замечательно. Нас очень вкусно кормили, за обедом обязательно подавали бокал вина. Но русским мужчинам, естественно, этого было мало, и они сориентировались: чтобы не покупать в магазине ракию, искали в аптеках питьевой спирт. Правда, он был какого-то синего цвета.

Ю.: Надо же! Первый раз об этом слышу! Ты тоже пил спирт?

А.: Нет, мне его цвет не понравился. Я вот что хочу спросить у тебя, Юлечка. Ты отучилась в театральном институте на актрису, а стала продюсером. Не жалеешь?

Ю.: На первых курсах мне хотелось стать звездой, чтобы меня все узнавали. Это обычная болезнь первокурсников. Но, слава богу, я дружу со своей головой. Курс, который выпустился перед нами, почти весь попал в театры. А мы вышли со свободными дипломами. Да и мне не очень хотелось носить гордое звание «актриса …нского театра четвертой от конца кулисы», чтобы потом говорить о своей гениальности, которую никто не заметил.

Я — человек действия. Однажды решила, что хочу работать в кино, и пошла устраиваться на «Ленфильм». Пришла этакой артисткой в белом пиджаке и белых перчатках, но мне быстро показали, кто здесь на коне, а кто нет. Назначили помощником режиссера второй категории (ниже уже никого нет) и отправили в экспедицию на съемки 8-серийного фильма в поселок Урицкое в 120 км от Саратова. Год и три месяца я прекрасно сначала хлопала хлопушкой, а потом занималась актерами и много чего еще делала. Зато мгновенно влюбилась в кино. И доработала на студии до второго помощника режиссера, а потом начала заниматься своими проектами. В кино я, кстати, тоже снималась — в фильме «Viva Castro!» режиссера Бориса Фрумина. А что будет дальше? Этого никто не знает. Жизнь — такая интересная штука! Разве я могла предположить, что буду твою жену играть или в рекламе сока сниматься? Кстати, как я тебе как партнерша?

А.: Иногда ловлю себя на мысли: «Господи, а что она тут делает?» Странно как-то говорить с женой не от своего лица, а от лица Соловца. Приходится отстраняться.

«Я работал лакеем»

Ю.: Мне кажется, сын Степа неплохо вписался и в сериал, и в рекламу. Он пока совсем не собирается быть актером, мечтает стать музыкантом, но я вижу: чем больше он снимается, тем лучше раскрывается. Я тут недавно прочитала в твоем интервью, что, оказывается, ты сильно переживал, когда узнал, что у нас будет ребенок. Это правда?

А.: Переживал — неточное слово. Скорее, у меня была настороженность. Жили мы, как ты прекрасно помнишь, в коммуналке с соседями-алкоголиками, еду получали по талонам, работы почти не было. Хотя как раз в то время я снимался у Сергея Овчарова в главной роли в фильме «Барабаниада».

Ю.: Я считаю, что это лучшая твоя роль. Можно, расскажу смешную историю? Саша играл в этом фильме полуспившегося интеллигента. Грим и костюм были соответствующими: небритость, потертый плащ, старые ботинки. Звонит мне напуганная приятельница: «Юля, у вас все в порядке?!» Оказывается, ее сын увидел Сашу возле универмага собирающим окурки в урне. Снимали скрытой камерой, поэтому мальчик решил, что дядя Саша по-настоящему ищет окурки. А время действительно было тяжелое, кино не снималось, многие актеры ушли из профессии и даже из жизни.

А.: С этой картиной я впервые попал на «Кинотавр», все критики хором говорили: «Теперь у вас все только начинается». Но никто никуда не звал и не приглашал.

Ю.: Время было сложное, чего говорить. Когда Степе было 10 месяцев, вернулась в кино, а ребенок оставался то с Сашей, то с бабушками. Саш, расскажи, как ты в магазине работал.

А.: На Ленинском проспекте англичане строили большой магазин, и знакомые устроили меня туда чернорабочим. Я подметал, разгружал фуры со строительными материалами. Периодически ездил в Павловск, где работал лакеем, как многие ныне известные артисты. Мы встречали иностранцев, провожали их по залам дворца и получали за это какую-то денежку.

Ю.: Я считаю, что стыдной работы нет. Лучше что-то делать, чем просто сидеть и жалеть себя. А жизнь показала, что все может измениться к лучшему. Никто даже предугадать не мог, что «Улицы разбитых фонарей» станут такими популярными. Я помню, как Саша однажды пришел домой с квадратными глазами. Только что показали первые серии сериала, ребята все вместе шли по улице, и вдруг с визгом посреди дороги остановился грузовик, из него выскочил водитель и попросил автограф.

А потом популярность стала расти как лавина. Коридоры из людей выстраивались, машины обцеловывались. К каким-то актерам в силу образа запросто не подойдешь, не скажешь, например: «Ой, привет, Лановой». А «менты» же свои парни, их можно ущипнуть или предложить выпить. Но о последнем даже говорить не хочу. Это ужасно. Сколько таким образом погибло актеров! Людей можно понять, они таким образом высказывают свой восторг. Но невозможно же пить со всей страной.

А.: Когда мы еще работали все вместе, Юля организовывала наши концерты по стране. Было здорово. Объездили огромное количество городов.

Тогда многие знакомые актеры хотели попасть в сериал, просили меня поговорить с режиссером. Работы же не было. Мы тоже сначала не предполагали, что все так получится. Сняли первые серии, и съемки прекратились. Только через три месяца опять начали работать. И понеслось. Причем ведь тогда и звук был нечистым, и микрофон в кадре появлялся, а зритель все равно полюбил сериал.

«Менты» переругались из-за ресторана»

Ю.: Сейчас мы делаем ремонт в новой квартире. Сашенька, скажи, что ты знаешь о ремонте?

А.: Ничего не знаю, потому что ты все взяла в свои руки. А зачем мешать?

Ю.: Я говорю: «Ты хоть зайди, посмотри». Он приходит: «Мне все нравится». С рестораном было то же самое. Ремонт, конечно, — вещь увлекательная, но очень сложная, как и рестораторство.

А.: А кто тебе деньги на ресторан дал? Шутка.

Ю.: Ой, это сложная история. Много писали о том, будто «менты» переругались из-за ресторана. Идея давно витала в воздухе, все хотели вскладчину открыть свой ресторан, а когда дело дошло до сбора денег, передумали. Мы с Сашей влезли в долги, взяли кредит. Было очень непросто. И сейчас ресторан не приносит баснословных прибылей. Чуть заработаешь — тут же видишь, что надо туалет переделывать. Полностью посвятить себя ресторанному делу у нас тоже не получается. Этим занимаются специально обученные люди, мы же только осуществляем общее руководство. Хотя я везде лезу: почему дверь грязная, что сегодня на кухне?

А.: А дома ты когда-нибудь еще будешь готовить? У тебя это вкусно получалось.

Ю.: Да, раньше я много готовила и любила это дело. Сейчас просто нет времени. Едим в нашем ресторане или ходим куда-нибудь. И ребенок также приспособился. А что делать, если родителей вечно нет дома? Времени ни на что не хватает. Вот английским языком хочу серьезно заняться.

А.: Ты же сильная женщина. Неужели язык не можешь выучить?

Ю.: Ты считаешь меня сильной? Все-таки насколько мнение других людей не совпадает с твоим. А ты каким себя считаешь?

А.: Слабовольным подкаблучником.

Ю.: Ты шутишь. Я вообще не понимаю, кто такой подкаблучник. Это что-то из каменного века. У нас равноправие. Кстати, кто-то жаловался на то, что у меня телефон без конца трещит. Он давно молчит. Ты заметил?

А.: Это я его отключил. Хоть поговорили спокойно.

 

Отзывы (0) Написать отзыв

Здесь публикуются отзывы и обсуждения статей.

Сообщения не по теме удаляются.

не видно картинку?

нажмите

код:

Найти

Всего товаров: 0



Самые низкие цены

Великолепный век все 155 серий за 2400 рублей


Сваты все 6 сезонов+новогодние за 1150 рублей


Игра престолов все 7 сезонов за 1000 рублей


Кухня все 6 сезонов за 1000 рублей


Викинги все 4 сезона за 800 рублей


Любое копирование материалов сайта без ссылки на первоисточник запрещается.

Яндекс.Метрика